Валбицин хвалился когда уже совсем

Валбицин хвалился: когда уже совсем не мог попасть между бутылок в комнату, только тогда вызвал некую тетку, которая приводила в квартире относительный порядок. Но на этот раз дорожка в комнату еще существовала, это Кирилл затронул, правда, несколько бутылок и проследовал в комнату, сопровождаемый не совсем мелодичным звоном, разбитого скла.Повернувшись домой, Марков включил приемника, поймал симфоническую музыку и сидел, обдумывая услышанное. Затем составил краткое сообщение, зашифровал его и только после того пошел спати.Завтра он, как обычно, встанет чуть свет и начнет традиционную утреннюю пробежку. Во время нее спрячет бумажку в тайник, и послезавтра или через два дня Центр получит его сообщение. Скупое и недостаточно отчетливое, но пока что он сделал все что мог, а дальше будет видно.Юрко остановился в подлеске на краю поляны, чувствуя, как Бобрьонок дышит ему в затылок .- Вон там ... - указал на березу.Бобрьонок не ответил , разглядывая. Лес стоял дремучий, все время приходилось перелезать или обходить Валявы старых стволов, и вдруг чистая поляна, а за ней заросший колючими кустами овраг с ручьем на дни.Майор быстро прикинул: схрон сделано со знанием дела - есть запасной выход к ручью, можно зимовать, не боясь остаться без воды. Кроме того, ручей выполнял, так сказать, санитарные функции.Розвиднялося, небо посиришало, и береза на поляне отчетливо выделялась на светлом фоне .- Ну что? - Спросил шепотом Толкунов. - Оточуватимемо? .- Да, - согласился майор. - Давай только посоветуемся. Я думаю, мы с тобой будем ждать здесь - ты за дубом, а я в кустах. Юрко выведет радиста именно сюда, здесь единственная тропа, и радист пройдет в трех метрах от тебя. Берешь его, а я подсчитывать и беру Муху, если сотник вийде.Толкунов огляделся, оценивая Майорову предложение, оидно, остался доволен, потому кивнул не отвечая .- А сейчас дай команду, пусть окружающие поляну, - высказал Бобрьонок.На грузовике из района прибыло пятеро работников районного отдела госбезопасности с автоматами, и майор был уверен, что диверсанту, когда даже то заподозрит убежать не удастся.Толкунов тронулся, но в последний момент Бобрьонок остановил его .- Вот что, - посоветовал, - ты двух автоматчиков предстал в овраге .- Запасной выход? - Сразу понял Толкунов, - Конечно .- Не выпустим! - Капитан исчез, и ни одна веточка не треснула у него под ногами.Вин вернулся минут через двадцать, когда небо на востоке совсем посветлело. Дышал ровно, будто только что проснулся, а не шнырял кустами по пралесе .- Ну, парень, давай! - Потихоньку подтолкнул Юрка Бобрьонок. Вот и все, что сказал. Да что говорить, когда все уже обговорене.Юрко тронулся, чуть сгорбившись, словно шмайсер, что болтался на груди, перетаскивал его. Солнце выбросило свой первый луч из-за горизонта, зажахтив на оболоци золотом. Юрко только взглянул на него - кажется, хорошая примета, но сразу забыл и о луч, и о березу, что лопотала листьями под утренним ветерком, и о лесные цветы, которые мял сапогами, оставляя в росистых траве длинные смуги.Сорока слетела с березы, застучали сердито, и Юра не услышал ее, прислонился к стволу плечом, передохнул и постучал рукояткой автомата по берези.Стояв и слушал биение собственного сердца - казалось, все замерло: никаких звуков, даже птицы прекратили свое бесконечное галасування.Постукав еще раз и только тогда услышал легкое шуршание под ногами. Люк сдвинулся чуть, замер на мгновение и только потом немного видчинився.На поляну выглянул заспанный Муха.Юрко сел, сняв автомат, - бросил небрежно рядом, но не настолько, чтобы можно - было дотянуться десницей. Сказал, зевнув: - Спите ... Будите, друг сотник, радиста. Господин Харитон его кличуть.Муха недовольно заморгал: - Что случилось? - А ничего. Радиста, говорю, зовут .- Где Харитон? - В лесу остался .- Как так? - У сотника проснулась врожденная осторожность. Настороженно посмотрел вокруг и, не увидев ничего подозрительного, успокоился.