Глава XXXIII БОЛЕЗНЕННОГО ОТКРЫТИЕ Как

Глава XXXIII БОЛЕЗНЕННОГО ОТКРЫТИЕ

Как случилось, что двоюродный брат Луизы Пойндекстер бодрствовал такой поздней ночи - или, собственно говоря, такого раннего утра? Или кто предупредил отставного капитана о том свидания, или, может, просто невнятная подозрение заставило его оставить свою спальню и обойти дозором сад?

Иными словами - стал ли он свидетелем встречи влюбленных случайно или выследил их умышленно?
Дельное первое. Чистая случайность, а точнее случайность и лунная ночь позволили ему сделать открытие, что теперь жгло его душу адским огнем.

Стоя в полночь на асотеи, куда он поднялся без определенной причины, и отравляя душистое воздуха табачным дымом, отставной капитан будто не проявлял никакой тревоги. Раны, которые он получил в поединке с мустангер, уже зажили, и хотя упоминание о той позор сих пор возмущала в нем черную ярость, однако горечь поражения определенной степени заглушала надежда на месть, для осуществления которой он уже кое-что сделал.
Как и Луизин отец, Колхаун был очень доволен тем, что она в последнее время не выезжает из дома, потому что именно по его тайным советом старый Пойндекстер запретил дочери ездить самой. Равно как и то, он не подозревал, почему девушка вдруг увлеклась стрельбой из лука, и не придавал этому никакого значения. Он начал даже тешить себя надеждой, что Луизина равнодушие к нему просто мнимая или вообще существует только в его воображении. В последние дни девушка словно подобрели, и эта приятная перемена еще больше склоняла его к мысли, что, может, он и ошибался в своей ревнивой подозрении.
Колхаун и до сих пор не имел никаких определенных доказательств ее приверженности молодого ирландца, а что новых причин тревожиться не возникало, то он готов был поверить, что их действительно нет.
В таком вмиротвореному настроении он и поднялся на АСВТ. По тому, как он безмятежно закурил сигару и стал курить, было очевидно, что, несмотря на поздний час, он пришел туда без какой-то определенной цели. Может, ему просто захотелось на время оставить свою душно спальню и подышать свежим воздухом, то ли полюбоваться красавцем-месяцем, хотя в целом таких романтических наклонностей за ним не водилось.

Но как оно было, а отставной капитан закурил сигару, стал лицом к реке и, опершись на парапет, с видимым удовольствием курил. Не нарушил его. Покою и всадник, появившийся за рекой и поехал открытой равнине. Колхаун знал, что там проходит дорога. Следовательно, это мог быть некий путник, решил воспользоваться ночной прохлады и ехать дальше, ведь ночь была такая, что соблазнила бы в дорогу даже очень уставшую человека. А может, то какой плантатор возвращался домой из поселка, задержавшись на лишний часок в гостиничном баре.
Когда это было днем, отставной капитан наверняка узнал бы всадника, а теперь, при свете луны, видел только, что это человек на коне, и все. Он машинально продолжал за ним глазами, как вот, бывает, задумавшись, следишь за каким-то совсем не нужным тебе предметом, плывущего по воде. И только когда всадник поравнялся с рощицей напротив гасиенды и, придержав коня, повернул под деревья, Колхаун заинтересовался его поведением.
- Что бы это, черт возьми, значит? - Пробормотал он себе, вынув изо рта окурок сигары .- Ах ты черт, он слез с коня! - Продолжал он, когда неизвестный появился пешком на ближайшем края гайка .- И идет сюда, просто до излучины реки ... О, уже спускается с кручи, да так быстро, как уже не раз ходил. Неужели он хочет пробраться в наш сад? Тогда ему придется переплыть реку, а стоит ли игра свеч? И какого черта ему надо в саду? А может, это вор? ..

Это было первое, что пришло Колхаун в голову, но он сразу отверг это предположение. Правда, в испано-американских странах даже нищие ездят верхом, то почему бы не ездить и вору. И все же вряд чтобы человек вот так среди ночи прискакал на коне воровать фрукты или овощи.