К тому времени он подъехал боковой

К тому времени он подъехал боковой тропинке к знакомой нам пробелы в зарослях и уже поворачивал на нее, когда заметил, что не в одиночку путешествует там такой поздний час.

Той лесной аллее, приближаясь к нему, ехал еще один гонщик - на таком же, как и у него, добром коне, только ехал не шагом, как он, а быстрым рысью.
Еще задолго до того, как неизвестный ночной всадник подъехал ближе, ясное лунный свет, заливая лесную прогалину, дало Колхаун увидеть, что у него нет головы!
Ошибиться отставной капитан не мог - достаточно было и одного взгляда. Серебристое лунный свет освещал всаднику плечи, но головы на них не было. То не могла быть заблуждение, порожденное игрой лунного света. Колхаун уже видел эту фигуру и по ясного солнца.
И теперь он увидел больше. Он увидел и голову - с мертвенным окровавленным лицом, который выглядывал из-за седельной кобуры. К тому же узнал коня, полосатое серапе на плечах всадника, гетры с ягуаровои шкуры на его ногах, тисненый кожаный чапрак - все то принадлежало Морису-лиустангеру.
Отставной капитан имел время, чтобы рассмотреть все вплоть до таких подробностей. Остановившись при выезде с боковой тропинки, он так и стоял там, словно прикованный ужасом к земле. Казалось, и конь его был напуган не меньше. Весь дрожа, он стоял, как вкопанный, и не сдвинулся с места даже тогда, когда всадник без головы вдруг остановился против них и его лошадь испуганно захрапел и стал дыбом.
И только когда тот гнедой конь с диким ржанием, на которое мгновенно отозвался протяжным воем собака, бежавший следом за ним, резко повернул и поскакал дальше пробелом, - только тогда Колхаун немного опомнился от ужаса и нашел язык.
- Боже милосердный! - Воскликнул он дрожащим голосом .- Что это может быть? Человек то дьявол? То кто издевается надо мной? А может, весь этот день - только ужасная наваждение? Или я сошел с ума ... обезумел ... обезумел ...

По этим особенно не складными словам отставной капитан смог и на действие - торопливо, но довольно решительный.Хоть какая была цель его ночной вылазки, он видимо отказался от нее и, круто повернув коня, направился обратно той же дорогой. Теперь он скакал куда быстрее, чем прежде, и ни разу не остановился, пока добрался до своего лагеря.
Осторожно ступая, он вернулся к костру и лег на траву среди спящих пьяниц. И ему было не до сна, и он так и пролежал всю ночь, дрожа, как в лихорадке, и первые лучи нового утра осветили его осунувшееся, бледное лицо и глубоко запавшие бессмысленные глаза.

Глава XLVI сличений ТАЙНА

На рассвете в гасиенди Каса-дель-Корво и вокруг нее царило необычное оживление.
Во дворе толпились люди, все вооружены, но не одинаково. Кто имел при себе длинную охотничье ружье, кто дубельтивку, кто старинного пистолета или револьвера, а кто и большого ножа или даже томагавка. Так же отличались они и одеждой: там можно было увидеть и красные фланелевые рубашки, и разноцветные куртки, сшитые из одеял или плотной кентуккийського полотна, брюки из рыжего домотканого сукна или синей хлопчатобумажной диагонали, войлочные шляпы и кожаные фуражки, грубые сапоги и гетры из оленьей шкуры.
Все то группа дюжих вооруженных мужчин представлял собой довольно типичную картину, которую можно увидеть в приграничных поселках Тесаху. Ни их грубое одеяние, ни оружие, была при них, ничего не говорили о цели, ради которой они собрались. Даже если бы они имели щонаймирниши намерения, то все равно были бы так же одеты и вооружены.
И их цель нам известна.

Многие из них ездил на поиски и накануне, вместе с драгунами. Остальные - жители отдаленных плантаций и охотники, которых тогда не было дома, - присоединились к ним только сегодня утром. Отряд собрался больший, чем накануне, хотя военные с ним уже не ехали.
Среди всего того гражданского люда была группа мужчин, которые могли бы образовать отдельный отряд. Хоть они и не принадлежали к регулярной армии, однако название имели немного подобную.