Ты прав, - согласился Приворотник. - Но я должен

- Ты прав, - согласился Приворотник. - Но я должен пойти и подумать над этим.
И он оставил мастерскую в Южной Башни, неуклюже ступая длинными ногами, но высоко держа свою благородную темноволосую голову.
На следующее утро Перетворець долго искал его. Войдя в комнату Приворотника после долгих бесплодных попыток достучаться, он увидел, что Торион неподвижно лежит навзничь на каменном полу - казалось, будто тяжелый удар в грудь отбросил его прочь, как тряпичную куклу. Руки его застыли в том же жесте, с которым он говорил Большое Заклятие, и были холодными, как лед, а широко раскрытые глаза смотрели невидящим стеклянным взглядом. Перетворець, опустившись на колени, трижды произнес Истинное имя друга, но тот даже не шелохнулся. Он еще не умер, в бессознательном теле теплилась искра жизни: глухо билось сердце колдуна, и с каждым слабым дуновением тяжело вздымались его грудь. Перетворець склонился над ним и прошептал:
- Ох, Торионе, это же я заставил тебя заглянуть в недра Камня Шелиета. Это я во всем виноват!
Затем он быстро вышел из комнаты и обратился к Мастеров и учеников, ожидавших за дверью:
- Враг закралось сюда, на наш остров, преодолев все стены и преграды. Он нанес удар в самое сердце нашего мира! - Перетворець был добрым и ласковым человеком, но сейчас он выглядел таким мрачным и суровым, что все аж испугались. - Позаботьтесь о Мастере-Приворотника, - сказал седовласый маг. - Хотя вряд ли это возможно: никто не сумеет призвать обратно его душу, ведь даже он сам, будучи лучшим знатоком приворотных чар, потерпел поражение в поединке с неведомым врагом.
Перетворець двинулся в свою комнату, и все расступились перед ним.

Следовательно пришел Знахарь и велел немедленно положить Приворотника в постель и укрыть его теплым одеялом. Однако он не собирался поить больного целебным отваром и не пел над ним песни, которые помогают исцелить больное тело и страждущую душу. Один из учеников Знахаря, еще совсем юный, но очень способный к науке, спросил у своего наставника:
- Учитель, неужели ему ничем нельзя помочь?
- По эту сторону стены - нет! - Ответил Знахарь.А потом, вспомнив, с кем говорит, пояснил: - Это не болезнь, сынок. Но даже если бы это была лихорадка или какая другая немощь, я не знаю, наше искусство стало бы нам теперь пригодился. Кажется, в последнее время мое зелье теряет свои целебные свойства, а лечебные заклинания не имеют прежней уроч силы.
- Ты говоришь почти так же, как Мастер-Менестрель. Вчера он вдруг остановился посреди песни, которую разучивал с нами, и сказал: Я не понимаю значения этих слов. Потом вышел вон ... Некоторые из ребят засмеялся, а вот мне почему-то показалось, что пол уходит у меня из-под ног.
Знахарь посмотрел в искреннее и понижение лицо паренька, потом посмотрел на бесчувственного Приворотника, что камнем лежал на кровати.

- Он еще вернется к нам ... - твердо сказал Знахарь.
Той же ночью Перетворець покинул остров Роук. Никто не знал, как именно он это сделал. Наставник лег спать в своей комнате, окна которой выходили в сад. Утром окна оказались открытыми, а самого мага нигде не было. Наконец все решили, что он, обернувшись птицей, ветром или туманом - ведь для него это раз плюнуть! - В новом облике отправился на поиски Архимага.